» "Король Неаполитанской Песни" выступит с Президентским оркестром

Полвека назад этот удивительный голос впервые пролетел над Европой на волнах датской телепрограммы «TV i Tivoli». С тех пор, любой, пускай даже отличный певец, решивший исполнять неаполитанские песни, неизбежно слышал в свой адрес: «Неплохо, но это – не Робертино Лоретти»

Сегодня Робертино Лоретти по-прежнему – коронованный король итальянской песни. Пластинки, запечатлевшие его божественный голос – расходятся многомиллионными тиражами. Что примечательно, современные записи великого артиста – так же востребованы, как и его детские шедевры! Голос Робертино образца 2011 года – это мощный, проникновенный баритон, которому подвластны любые оперные или эстрадные нюансы. 30-ть лет назад, после десятилетнего перерыва вундеркинд вернулся на эстраду уже зрелым певцом и со всей убедительностью доказал, что настоящим талантам, время – не помеха. Сегодня, гастрольный график Лоретти расписан на несколько лет вперёд, а самые именитые композиторы выстраиваются в очередь, чтобы подарить ему свою очередную мелодию. Господа сочинители убеждены: песне, которую исполнил великий Лоретти, гарантирован неизбежный успех!

Этот успех стартовал в Италии, полвека назад, на заре 60-х. Тогда, урождённый Роберто Лорети, прославился по всему миру, как Робертино Лоретти. Подлинное чудо! В возрасте 14-ти лет своим голосом он растопил миллионы сердец. Среди его верных поклонников были и президенты, и простые домохозяйки, и даже Папа Римский Иоанн XXIII был настолько растроган выступлением молодого артиста, что непременно пожелал лично с ним встретиться. Пронзительный голос Робертино прорвался даже за несокрушимый железный занавес. Пластинки фирмы «Мелодия» с записями юного итальянца были в коллекции каждой приличной семьи. Чистый, восхитительный дискант Робертино до сих пор считается эталоном детского вокала. Подняться на такой же певческий уровень удавалось, разве что, Майклу Джексону. Кстати, в жизни этих артистов есть кое-что общее. Майкл, как и Робертино – самый талантливый среди восьми братьев и сестёр. К счастью, у Лоретти не было такого деспотичного отца, который бы дрессировал его с утра до ночи, формируя звезду шоу-бизнеса. У Робертино всё, казалось, получается само собой. Голос, этот божий дар, сам рвался наружу. Первые ростки этого дара начали проявляться ещё в трехлетнем возрасте. Робертино мог на слух подобрать почти любую песенку. В 6 лет он становится солистом церковного хора, где получает «азы» музыкальной грамоты, а с 8 лет поёт в хоре Римского оперного театра. Несмотря на очевидное дарование, родителям и в голову не пришло отдать сына в музыкальную школу. Он ведь и так уже поёт – чего же больше? К тому же лишних денег в семье Лорети никогда не водилось. Хочет петь – пускай пением и зарабатывает. Так, первыми подмотками Робертино стали крохотные залы римских кафе. Его первые гонорары – мелочь, любезно подброшенная посетителями. В одном из таких кафе его и услышал датский продюсер Сайр Вольмер-Сёренсен. Робертино не пришлось уговаривать, уговаривать не пришлось и его родителей – билеты в Копенгаген были заказаны, студия «Триола Рекордс» арендована, судьба – предопределена. Сингл «О, Соле Мио», в исполнении Робертино Лоретти, стал не просто символом Италии, он стал безусловным каноном вокального искусства по всему миру. А потом были и «Ямайка», и «Санта Лючия», и «Аве Мария», и «Мама», и «Вернись в Сорренто» и безоговорочный, не проходящий успех.

Успех и популярность Робертино Лоретти не прошли даже тогда, когда, казалось, прошла его лучшая вокальная пора – детство. Во взрослую жизнь Робертино Лоретти вступил с баритоном. Разумеется, он звучал уже не так по-детски наивно и возвышенно, как прежде. Робертино даже хотел вообще порвать со сценой. Много лет он занимался кинобизнесом и коммерцией, открывал магазины и продюсировал фильмы. Но от судьбы не уйдёшь: музыка – его призвание. Призвание, к которому всемирно известный певец вернулся спустя 10-ть лет поисков и сомнений. Сомнения оказались напрасными – до сих пор каждое выступление Робертино Лоретти, это настоящий праздник неаполитанской песни, которая способна растопить миллионы сердец. И пускай изменился тембр голоса. Душа, из которой сплетена каждая эмоция его музыки, осталась – неизменной!